Так считает хирург Светлана Владимировна Немцева, с которой мы встретились в преддверии дня медицинского работника, который люди в белых халатах отмечают 21 июня. «Хирургия — однозначно удел мужчин, — уверенно говорит Светлана Владимировна. — Им это дано. У них, в отличие от женщин, другая нервная система, иная организация, мозги по-другому устроены. Быть хирургом — против женской природы».
ТАК СЧИТАЕТ ХИРУРГ СВЕТЛАНА ВЛАДИМИРОВНА НЕМЦЕВА, С КОТОРОЙ МЫ ВСТРЕТИЛИСЬ В ПРЕДДВЕРИИ ДНЯ МЕДИЦИНСКОГО РАБОТНИКА, КОТОРЫЙ ЛЮДИ В БЕЛЫХ ХАЛАТАХ ОТМЕЧАЮТ 21 ИЮНЯ
«Хирургия — однозначно удел мужчин, — уверенно говорит Светлана Владимировна. — Им это дано. У них, в отличие от женщин, другая нервная система, иная организация, мозги по-другому устроены. Быть хирургом — против женской природы».
«И тем не менее вы — хирург, и, говорят, классный!» — возражаю ей в ответ.
«А я и не жалею, что выбрала этот путь, — отвечает Светлана Немцева. — Мне моя профессия очень нравится. И все равно хирургия — мужское дело».
МЕЧТАЛА СТАТЬ МИЛИЦИОНЕРОМ, А СТАЛА «ХИРУЛЕМ»
До третьего класса Света в выборе профессии колебалась: хотелось быть и учителем, и врачом, и даже милиционером. А потом как откуда-то с небес сошло: только хирургом! Может, повлияла операция при переломе ключицы, а может, Промысел Божий — Светлана Владимировна Немцева совсем не отрицает существование какой-то высшей силы, вмешивающейся в наши судьбы. Но для того, чтобы стать настоящим «хирулем», как окрестила будущую профессию любимая Светина прабабушка Василиса — бабуля Васеня, ей пришлось сделать целых три попытки поступления в мединститут.
Без всякого сомнения, она поступала бы и в четвертый раз, если бы вышла опять осечка, потому что такой у нее характер: воспринимать трудности и неудачи как испытание, задание, которое нужно непременно выполнить (почему другие могут, а я — нет?).
После Воронежского мединститута в Йошкар-Оле проходила интернатуру в Республиканской больнице. Здешние корифеи-хирурги оценили ее настойчивость и дотошность: она приставала с вопросами ко всем, внимательно анализировала манеру оперировать каждого врача, видела малейшие нюансы и «примеряла» на себя, кристаллизуя собственный стиль.
Конечно, ей хотелось стать абдоминальным хирургом с широким спектром операций, но вакансий в больнице не оказалось, и пришлось согласиться на должность хирурга поликлиники Медсанчасти № 1. И тут поступило предложение главврача Республиканского онкодиспансера Владимира Владимировича Полякова — как позже выяснилось, судьбоносное. Он приглашал на работу в диспансер.
Светлана Владимировна сомневалась: в мединституте онкологии уделялось мало времени, да и в интернатуре ей посвящалось недели две-три. Но старшие коллеги советовали соглашаться, и она вначале, будучи хирургом поликлиники, по совместительству работала в диспансере, а в 1993 году перешла в хирургическое отделение онкодиспансера на полную ставку.
ПОСТИЖЕНИЕ ОСОБОЙ ОТРАСЛИ МЕДИЦИНЫ
Вот тогда и началось постижение онкологии — особой отрасли медицины, где от врача требуются разносторонние знания, умение просчитывать результат на много ходов вперед, учитывая состояние больного и особенности, загадки, сюрпризы раковой клетки. Молодому врачу кажется все очевидным: лечить пациента нужно вот так, но отчего у старших товарищей сомнения? Они задают массу вопросов, стараются учесть и то, и это, грамотно выстроить схему комплексного лечения и прийти к оптимальной комбинации лучевой терапии, химиотерапии и оперативного вмешательства.
Есть ли такая книжка, где все это можно прочесть? Лет десять поработаешь, уверяли Светлану Владимировну опытные коллеги, и все сама поймешь. Каждый случай — исключительный. Единой схемы нет, всякий раз нужно включать мозги и принимать решение с индивидуальным подходом к пациенту.
Бывают ли неудачи? А как без них-то? Но, слава богу, все ошибки исправимые. Но и они оборачиваются бесконечным самокопанием, бессонными ночами и мыслью: «Скорее бы утро! Надо взглянуть на больного — как он?» И самая большая награда — когда пройдет время, и порог кабинета переступит бывший пациент — живой и счастливый.
«ДОЧКА, РАЗГОВАРИВАЙ С ПАЦИЕНТОМ!..»
Светлана Владимировна точно не из тех, кого называют белыми и пушистыми. Считает себя жесткой, и даже железной, очень неудобной для начальства. Но вообще-то она разная. Чаще — действительно очень серьезная и строгая. Говорит, даже дома ловит иногда себя на мысли, что «рабочую маску» строгости снять забыла. Недаром ее коллег порой спрашивают: «У вас Светлана Владимировна улыбаться умеет?» Да еще как умеет! И чувство юмора у нее хорошее, и на юбилее коллеги может удивить всех искрометностью шуток, и лицо у нее светится, когда рассказывает о любимых родителях, сестре Ольге, племянниках Яне и Романе, и грустная светлая улыбка блуждает по лицу, когда вспоминает преданную собачку Фроську, прожившую в семье 16 лет.
Она может плакать над книжкой, фильмом или письмом, может пустить слезу, разговаривая с подругой по телефону, но может жестко сказать пациенту, не выполняющему назначения врача: «Если не будете лечиться, умрете». Не для того, чтобы испугать, а для того, чтобы родить в нем желание жить.
Светлана Владимировна много лет отдала онкологии, но и сегодня не может сказать, что слово «рак» с легкостью слетает с ее уст. Эта осторожность из тех лет, когда больным не принято было сообщать такой диагноз. Сейчас иные времена: молодые врачи тайну из диагноза не делают, да и многие пациенты трезво оценивает свое состояние, обсуждают с доктором перспективы. И все равно есть больные, с которыми приходится «играть» — они предпочитает не видеть очевидного. Но неизменно одно: какой бы стадия болезни ни была, доктор Немцева борется до конца, не чурается суеверий и немножко верит в чудеса, потому что даже самого безнадежного больного порой спасает какая-то неведомая сила.
Надо хотеть жить! И если больная просит выписать ее пораньше, потому что в два часа ей надо быть на работе или ее ждут нянчиться с внучкой, Светлана Владимировна, может, спешку не одобрит, поворчит для порядка, но в душе порадуется: все, что отвлекает человека от болезни, будет ему во благо.
Оптимисты по жизни помогают другим пациентам (таких бы в каждую палату поселить по одному!). А еще, считает доктор, они учат всех (и врачей в том числе) радоваться жизни, понимать, что главное — не работа, не деньги и даже не собственное здоровье. Главное — когда живы и здоровы близкие люди.
Особенно Светлана Владимировна поняла это с потерей отца, с которым у нее была взаимная любовь. Он долго болел и сказал ей однажды: «Дочка, разговаривай с пациентом! Нам так не хватает общения с врачом». Она пыталась объяснить: времени на это практически нет, нагрузки большие, остается лишь взглянуть на больного, убедиться, что все нормально, и бежать дальше. А папа выслушал и еще раз повторил: «Разговаривай с пациентом». В ежедневной суете, в обычных буднях, до краев наполненных заботами, она с благодарностью вспоминает его слова.
РАБОТА И ЕЩЕ РАЗ РАБОТА…
С 2004 года Светлана Владимировна заведует отделением, где два десятка подчиненных — врачей, медсестер и санитарок. Оперирует практически ежедневно. На работу приходит раньше всех, уходит вместо положенных 16 часов на три-четыре часа позже. Большие компании не любит, и неожиданно в гости к ней лучше не приходить. Она, конечно, примет и даже стол накроет, но лучше, если вы сообщите о визите заранее, и тогда вас ждет роскошный стол — доктор Немцева ничего не умеет делать плохо.
Работа у Светланы Владимировны предполагает бесконечное общение с людьми, и хотя она совсем не считает себя «одиноким волком», тем не менее очень ждет лета, потому что лучшим отдыхом для себя видит прогулку по лесу — можно с корзинкой для грибов или ягод, можно просто так шуршать листьями, прислушиваясь к гомону птиц. И еще отличный отдых — баня.
Жаркая, с березовым, дубовым, можжевеловым веничком и ароматным травяным чайком. А еще любит слушать застольные песни на праздниках с родней и тихонько подпевать (голоса-то, говорит, сильного нет). И спускается тогда благодать, желанное расслабление от трудной мужской, по ее мнению, но такой любимой работы.
Бог его знает, является ли хирургия уделом мужчин. Но если ею занимается женщина, влюбленная в свою профессию, для пациентов это — подарок судьбы.
Ольга БИРЮЧЕВА