О том, почему обычный звонок на горячую линию может перевернуть представление о человеческой взаимовыручке и что происходит перед фразой «Найден. Жив», мы поговорили со старшим информационным координатором в Марий Эл Валентиной Тюгулевой, известной в отряде под постоянным позывным Якутянка.
– Валентина, расскажите, с чего началась ваша история в «ЛизаАлерт».
– С банального пролистывания ленты в соцсети «ВКонтакте». Это был апрель 2020 года, я тогда ждала рождения дочки, и на глаза попалась ориентировка о том, что пропал ребенок, причем новорожденный. Его похитили из нашего Перинатального центра. Я была шокирована, ведь через месяц сама собиралась рожать в том же учреждении. Множество мыслей тогда пронеслось в голове: «Почему так? Как такое вообще возможно?»
Начала читать комментарии и увидела, что ребята из отряда «ЛизаАлерт» просят помощи – нужно было печатать ориентировки. Откликнулась, напечатала сто экземпляров, ребята приехали, забрали. Тогда история закончилась хорошо, ребенка нашли. Я же поняла, что хочу быть полезной в отряде. Но родилась дочка, начались всем понятные хлопоты, поэтому в «ЛизаАлерт» пришла спустя два года, заполнила анкету на вступление и указала, что готова помогать удаленно. Находясь в декрете, могла себе это позволить.
Со мной связался старший информационный координатор, и мы начали процесс обучения и погружения в работу отряда. Сначала я обзванивала больницы, после чего перешла в группу прозвона – к тем добровольцам, которые звонят самому заявителю и собирают информацию, чтобы начать поиск. Спустя какое-то время стала информационным координатором.
– Помните свой самый первый поиск?
– Помню очень хорошо. Пропал молодой парень. Его искали, но история закончилась трагично. Не скрою, было морально тяжело пропускать через себя эту трагедию, слышать плач матери в трубке телефона. Тогда закрались сомнения: готова ли я вынести это, не пострадает ли психика и вытяну ли впредь подобные случаи? Много думала по этому поводу и в результате поняла, что все-таки смогу, ведь, возможно, именно с моей помощью получится предотвратить будущие трагедии.
– Какие особенности нашего региона сильнее всего влияют на поисковые операции (например, дремучие леса, обилие водоемов, болота)?
– Республика Марий Эл – один из самых лесных регионов в европейской части России. Лес здесь занимает более 50 процентов территории и местами бывает очень сложный: буреломы, торфяники, старые русла рек, болота. Все это, конечно, затрудняет поисковые мероприятия.
Однако больше мне хочется отметить другую проблему – демографическую. Нам сложно собрать людей для поиска в районах. Почему так происходит? Молодежь уезжает учиться, взрослые отправляются на заработки в крупные города. Все это приводит к тому, что людей в отдаленных районах практически не найти. Зачастую основной костяк волонтеров приходится везти из самой Йошкар-Олы, на это уходит много времени, а у нас каждая минута на счету.
– Как проходит поиск 76-летней Людмилы Кукиной, пропавшей 2 сентября?
– Поиск Людмилы Анатольевны на сегодняшний день (21 сентября) ведется как в городской черте, так и в природной зоне. Отрабатываются места привязок, проверяются все свидетельства, которые поступают на горячую линию. Поиск осложняется тем, что его зона сейчас переходит в лес, который расположен за Кортой. Лес непростой, с оврагами, но мы надеемся на лучшее.
Отмечу, что поиск никогда не прекращается до достижения результата. Мы продолжаем выезжать автономными группами, закрываем природную зону, прочесываем лес. Распространяем ориентировки, обзваниваем больницы, расширяем зону распространения информации, выходим на всю республику и соседние регионы.
– Есть ли шанс отыскать женщину живой?
– Никогда не отвечу на вопрос, каковы шансы найти человека живым или какова вероятность, что он уже мертв. Для нас пропавший человек – всегда живой, пока мы его не найдем.
– А что насчет мужчины, пропавшего 31 июля на трассе Чебоксары – Йошкар-Ола? Он вышел из маршрутки на остановке возле поселка Светлый и исчез, позже неподалеку были обнаружены его личные вещи и документы.
– Этот 28-летний мужчина благополучно нашелся живым на четвертый день поиска. Данную информацию мы публиковали в наших официальных группах. Подробности не разглашаем в интересах человека и его родственников. Мы очень трепетно относимся к пропавшим и сохраняем тайну обстоятельств нахождения. Но с мужчиной все хорошо.
– Как устроена «кухня» поиска? Многие думают, что это просто цепь людей, идущих по лесу. Расскажите о специалистах, работающих во время операции.
– «Кухня» поиска в отряде «ЛизаАлерт» – это сложнейшая логистическая и аналитическая система, где прочес леса (цепь людей) составляет лишь малую часть от всей проводимой работы. Эффективный поиск – прежде всего работа технологий, алгоритмов и управления.
«Мозг» всей операции – координатор. Он принимает решения, определяет стратегию поиска на основе анализа поведения пропавшего, погоды и карты местности, распределяет ресурсы и несет ответственность за безопасность поисковиков. Инфорг (информационный координатор) – первый, кто включается в работу. До выезда штаба на место он собирает всю информацию о пропавшем: опрашивает родственников, составляет и распространяет ориентировки, обзванивает больницы, координирует сбор добровольцев в сети и ведет учет экипажей.
Эффективная работа штаба невозможна без технической и аналитической поддержки. Картографы готовят карту поискового района, разбивают территорию на квадраты для групп («лис») и загружают в навигаторы спасателей. Связисты разворачивают радиосвязь на месте проведения операции. Операторы беспилотников используют дроны для осмотра труднопроходимых мест: болот, полей, вырубок и крыш. Но сейчас ввиду обстановки в стране с этим, конечно, стало сложнее, потому что существуют запреты на полеты, есть красные зоны, где ни в коем случае нельзя летать. Поэтому сегодня, к сожалению, использовать беспилотники мы практически не можем, хотя это очень нужный ресурс: он помогает закрыть с воздуха огромную площадь и сэкономить человеческий ресурс и время.
– Кто они – добровольцы вашего отряда? Есть ли какой-то портрет типичного поисковика?
– Это обычные люди. Мама, которая находится в декрете, папа, отработавший смену на заводе. Мы выглядим по-разному, у нас разные профессии, возраст, социальное положение, но все связаны единой нитью – желанием помочь другому человеку.
Люди – основной ресурс нашего отряда. Все они имеют горячее сердце и желание найти в жизненной рутине время, чтобы выехать и помочь там, где на кону стоит человеческая жизнь. Они готовы жертвовать многим ради одного – услышать долгожданную фразу «Найден. Жив».
Если человек потерялся – не ждите, сразу звоните в 112, обращайтесь в «ЛизаАлерт» (8 (800) 700-54-52) и в полицию.
Статистика за 2025 год
- 291 заявка поступила;
- 237 человек найдено живыми;
- 23 человека погибли.
Статистика за 9 месяцев 2026 года
- 222 заявки поступило;
- 186 человек найдено живыми;
- 10 человек погибли.
Как подготовить пожилых родственников с деменцией или потерей памяти к безопасным прогулкам
Фотографируйте регулярно. Делайте снимок в той одежде, в которой родственник обычно выходит. Актуальная фотография поможет волонтерам и полиции, если человек потеряется.
Нашейте бирки на одежду. Нанесите на вещи имя, отчество, фамилию, возраст человека и ваши контакты.
Разложите записки в карманы. Напишите на небольших листочках те же данные (имя, возраст, диагноз, ваши контакты).
Используйте гаджеты для отслеживания. Это могут быть часы или браслет с GPS-трекером.
Используйте bluetooth-брелоки. Устройство оповещает, если человек отдаляется на расстояние больше установленного радиуса (обычно 10-30 метров).
Поговорите с соседями и знакомыми. Предупредите их о ситуации. Если они увидят растерянного человека, пусть сразу свяжутся с вами.
В день памяти жертв трагедии в Беслане две девушки рассказали йошкаролинцам о трех сутках плена в школе №1